От Отчизны вдали, в Кыргызстане,
Нам судьба - за Россию гореть!
Где бы ни были мы - Россияне,
С тем родиться нам, с тем умереть.
Сохранить русский дух - дело чести!
И Великий язык отстоять!
Пусть все видят: мы русские вместе -
Несломимая сила и рать!
Пусть истории гимн величавый
Землям всем будет слышан в тиши! -
Это громкая русская слава,
И сияние русской души!!!

Светлана Шарова

Киргизия — такое приятное и ласковое слово
Категория: Языковая политика Дата и время публикации: 31.01.2014 10:03

alt

Автор книги "Русский язык: между неприязнью и любовью", доктор педагогических наук, профессор Яков Турбовской рассказал о том , что можно сделать, чтобы избавиться от заимствований в русском языке.

Как вы относитесь к навязыванию русскому языку чуждых ему словоформ, например,"в Украине" вместо "на Украине","Кыргызстан" вместо Киргизии? (здесь и далее - выд. ред.russkg.ru)

— Это объясняется очень близорукой позицией тех, кто вводит такие формы. И писатели, и журналисты, и чиновники стали относится с глубоким неуважением к русской культуре и звучанию русского языка. Мы же не произносим: "Пари", мы говорим: "Париж". Почему мы должны говорить Кыргызстан? Почему мы должны говорить Таллинн, с двумя "л" и двумя "н"?

Проблема заключается в том, что сам язык диктует произношение. Культура его, его звучание определяет отношение к звуку, к букве, а мы это превращаем в политику, в подыгрывание чему-то. Этого делать нельзя и не зачем, потому что и политически это очень близоруко, они произносят так, а мы произносим по-другому. Киргизия — такое приятное и ласковое слово, почему многие уверены, что будет лучше звучать, когда мы скажем Кыргызстан? Непонятно.

Политкорректность, лицемерие и политика — совершенно разные вещи. Подыгрывать — не значит быть искренним. Просто надо людям объяснять, что в русском языке это так произносится, здесь ничего обидного нет.

Исторически сложилось именно так, ведь русский язык это язык рукотворный. Посмотрите, до Карамзина, до Жуковского, до Державина, и до Пушкина, русский язык был совершенно другим, там 50% слов было непонятных по написанию, и уже "Повести Белкина" Пушкина звучат на совершенно новом, воссозданным русском языке. Этот русский язык надо беречь.

А мы что делаем? В угоду какому-то сегодняшнему близорукому пониманию мы все меняем. Что такое изменить слово? Это миллионы рублей. При том это экономически, политически, культурологически, научно бессмысленно. Мы ничем не помогаем, от того, что скажем "в Украине". Еще Тарас Шевченко писал: "На Вкраини мылий", это не мы писали, это он писал, так исторически сложилось. Что же мы тут ломаем?

Какие меры стоит предпринять, чтобы наш язык грамотно защитить? Как можно бороться с засорением родного языка?

— Бороться надо с засорением русского языка системно. Это значит, что совсем по-другому преподавать его в школе, формировать любовь к великой русской речи. Сегодня же мы русского ребенка не можем научить разговаривать по-русски, мы прибегает к суржику. И на Украине, кстати, тоже все говорят суржиком, никто почти литературно по-украински не разговаривает.

Русский язык, с моей точки зрения, самый великий не по тому, что он велик сам по себе, а потому что он, как никакой другой, позволяет выражать самые тонкие душевные сердечные движения в человеке, оттенки чувств, мыслей. Но мы же не пользуемся этим, потому что не знаем своего языка. Получается замкнутый круг: сначала, там, где мы преподаем русский язык "как грамматику ума", мы убиваем к нему любовь. Ребенок приходит в школу, он говорит по-русски, а мы его переучиваем: " Нет! Ты неправильно говоришь, давай мы тебя научим", — и погружаем в правила. В результате он уже ничего не хочет.

Разве это дело, когда русский ребенок получает по родному языку двойку!? Это же бессмыслица! Мы превратили наш уникальный язык в учебный предмет, все начинается с колыбели. Если нам не удастся воспитать в ребенке любовь к русскому языку, то нам ничего не добиться!

Вы посмотрите, как говорят наши ведущие, да кто угодно. Косноязычие какое! Никто не может выразить своих чувств, своего понимания, своего отношения, все прибегают к штампам. За вопросом, который вы мне задали, великая группа тем: преподавать надо по-другому, учить надо русскому языку по-другому. Ведь мы же учим в школе не русской литературе, а разговорам о русской литературе: кто из классиков что сказал.

Надо, чтобы воспринималось само произведение, чтобы ребенок читать любил. Чтение заменить ничем нельзя, когда человек читает, он наедине остается с совершенно другим миром, он сопереживает. А когда ему все пересказывают и разжевывают, мы убиваем русскую литературу и русский язык. Мертвец — это тоже, конечно, человек, только уже мертвый. Вопрос ваш фундаментальный, заставить кого-то что-то делать — нельзя, надо преподавать так, чтобы ребенок полюбил свой родной язык, вот в чем дело.

А в связи с распоряжениями Путина об увеличении количества часов преподавания языка, о написании вновь сочинений на экзаменах что-то поменялось?

— Я с огромным уважением отношусь к Владимиру Владимировичу. У нас не было никогда такого лидера, который бы умел так публично думать. Никто так никогда не владел русским языком, как средством выражения своих собственных мыслей. Но нельзя думать, что можно формальным увеличением того, что ты плохо делаешь, изменить положение. Надо изменять саму культуру преподавания русского языка.

К сожалению, именно этого не делается. Учебник по русскому языку никуда не годится. Программа по русской литературе никуда не годится. У нас думают, что если мы покажем 100 фильмов или навяжем 100 книг, что-то произойдет. Нельзя бюрократически решать то, что должно решать профессионально, талантливо.

Надо чтобы в русскую литературу, в преподавание учебного предмета, пришли талантливые люди, чтобы учебник был написан талантливо, чтобы ребенок хотел и понимал этот учебник, и через него полюбил русский язык и русскую литературу. К сожалению, у нас это пока только средство развития каких-то опосредованных знаний.

Источник: Правда.Ру


 

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.
Если Вы уже зарегистрированы, выполните вход на сайт.

test