От Отчизны вдали, в Кыргызстане,
Нам судьба - за Россию гореть!
Где бы ни были мы - Россияне,
С тем родиться нам, с тем умереть.
Сохранить русский дух - дело чести!
И Великий язык отстоять!
Пусть все видят: мы русские вместе -
Несломимая сила и рать!
Пусть истории гимн величавый
Землям всем будет слышан в тиши! -
Это громкая русская слава,
И сияние русской души!!!

Светлана Шарова

Как бизнесмен купил монастырь
Категория: Киргизия Дата и время публикации: 12.09.2012 21:30

alt

Покупая полуразрушенные строения под детский приют, Гульнара Дагенбаева не подозревала, что эти руины когда-то принадлежали Свято-Троицкому мужскому монастырю. При монастыре до революции тоже был детский приют. Обживая здания на берегу Иссык-Куля, киргизка Гульнара, сама того не ведая, восстанавливала историю. Как ортодоксу напоить ваххабита чаем

«К вам идут ваххабиты», — предупредили Гульнару Дагенбаеву, православного директора детского дома на берегу Иссык-Куля. Революция 2010 года в Киргизии была в самом разгаре. «Я детей всех попрятала, сама про себя повторяю: нужен мир, мир, мир», — вспоминает Гульнара. По дороге к детдому шла большая группа людей, многие с оружием: «Мы слышали, что вы сектанты!» Галина предложила мужчинам пройти в детский дом и самим все посмотреть. «Вот у нас иконы православные, — показала Галина погромщикам молельную комнату. — А вы против русских?» Мужчины переглянулись и немного удивленно ответили, что они не против русских, а против сектантов. Следом их пригласили в сам детский дом. Из школы как раз вернулись пятеро воспитанников, которые ходят в арабскую школу и хорошо знают арабский (в школе дети не афишируют, что они крещены в Православии). «Я у ваххабитов спрашиваю: говорите, что вы мусульмане. А арабский язык знаете? — Не знаем. — А мои дети знают», — вспоминает директор. По ее просьбе мальчики стали читать Коран на арабском. Гости поразились: «А нам сказали, что вы сектанты». Тут как раз девочки стали накрывать на стол, принесли чай. Мужчин оказалось 27 человек, и собрались они с разных окрестных сел по наводке «доброжелателя». Пока пили чай, из убежища достали и русских сирот, которые снова удивили пришедших. На этот раз — свободным знанием киргизского языка (в детском доме все дети знают два языка). «Ладно, — сказал старший. — Запишите мой телефон. Если кто-то к вам будет лезть, вы сразу звоните мне». Когда за приходившими наконец закрылась дверь, Гульнара разрыдалась. Впоследствии эти люди несколько раз помогали детскому дому. «Если с человеком разговаривать по-человечески, от сердца, то, мне кажется, любого врага можно сделать своим другом, — говорит Гульнара. — А если бы я к ним агрессивно отнеслась, кто знает, чем бы закончилось».

Совпадения

Свой семейный детский дом «Мээрим Булагы» («Благодатный источник») Гульнара Дегенбаева открыла в 1998 году, выкупив землю с постройками на берегу озера. Позже выяснилось, что до революции эти строения принадлежали Ново-Троицкому мужскому монастырю, основанному в 1881 году по инициативе архиепископа Александра (Кульчицкого). Главное назначение обители владыка видел в приобщении местного населения к российской цивилизации. Предполагалось, что монастырское благоустройство может стать проводником улучшенных способов земледелия и других сельскохозяйственных начинаний среди переселенцев и местных жителей и без посягательства на вероисповедание киргизов стать для них очагом просвещения и культуры. В планы архиепископа входила также издательская и научная деятельность: создание типографии, музея древностей и библиотеки.

В течение 1980-х годов в монастыре почти не было монахов — каждый год появлялось по несколько человек, но никто не задерживался надолго. Сильнейшим испытанием для иноков стало землетрясение 1889 года, которое разрушило все постройки монастыря. Рассказывают, что перед началом землетрясения «сами собою» зазвонили колокола. Предупрежденные монахи успели покинуть помещения, и никто из них не пострадал. Церковь была разрушена, но престол, жертвенник, священные сосуды и иконостас остались невредимыми, потому что стены алтаря, где находились все эти святыни, упали наружу. Напуганный землетрясением настоятель монастыря Михаил бежал в Россию и увлек за собой большинство братии.

Однако жизнь в монастыре продолжалась. Восстанавливали его «всем миром». Священный cинод пожертвовал на строительство 2 тысячи рублей, Миссионерское общество — 6 тысяч, отец Иоанн Кронштадтский — 5 тысяч. Прибыли новые насельники, на этот раз из Валаамского монастыря. Перед революцией в Иссык-Кульском монастыре подвизалось около восьмидесяти человек братии, существовал приют, в котором воспитывались 36 мальчиков-сирот, для них была устроена школа, где преподавали образованные иноки. Обитель уже не нуждалась в пожертвованиях со стороны, а сама осуществляла благотворительную деятельность, вела обширное хозяйство. К началу ХХ века у монастыря появились даже тайные молельни и скиты.

В 1916 году Иссык-Кульский монастырь был разгромлен во время Среднеазиатского восстания, а в 1919-м — окончательно закрыт. Благочинный монастыря архимандрит Геннадий (Лобачев) после революции продолжал жить поблизости и с риском для жизни совершать церковные службы. В 1937 году он был арестован и замучен в тюрьме. Монах Ираклий, бывший послушник Свято-Троицкой обители, также оставшийся на Иссык-Куле и проводивший строго подвижническую жизнь, причислен к лику святых преподобных исповедников. Двое монахов монастыря, Серафим (Богословский) и Феогност (Пивоваров), убитые красноармейцами, прославлены и причислены к лику преподобномучеников.

Приобретая полуразрушенные постройки на берегу Иссык-Куля для своего приюта, Гульнара и не догадывалась, какая богатая история у этих развалин. Позже выяснился еще один удивительный факт: в советское время здесь был детский дом, последним директором которого был не кто иной, как родной дед Гульнары! Вот такие совпадения.

«У нас тут место священное, — говорит Гульнара. — Я чувствую, что наши святые монахи и мне помогают. У них ведь тоже свой приют при монастыре был, они знают, каково это — сирот воспитывать».

На содержание детдома государство не дало ни копейки. Сначала сироты жили на доходы от собственного бизнеса Гульнары. «Я думала, что буду продолжать бизнес, а для детей найму директора и буду обеспечивать детский дом сама, — вспоминает она. — Но те люди, которых я нанимала, обращались с детьми не так, как я бы хотела — повышали голос, наказывали. Мне пришлось управляться со всем самой, и в конце концов я рассталась с бизнесом». Мы пьем черный чай с молоком на кухне детского дома в селе Ак-Булун. В окно видны соленые воды Иссык-Куля, а за ними — заснеженные пики Тянь-Шаня. Я слушаю Гульнару и пытаюсь понять, что заставило ее, преуспевающего бизнесмена, так круто развернуть свою жизнь.

Из детдома в бизнес и снова в детдом

Родители Гульнары были высокопоставленными чиновниками. Когда ей было восемь лет, отец скоропостижно скончался, у матери сдало сердце. Сделали операцию, после чего она уже не вставала с кровати. Девочку с четырьмя младшими братьями забрали из семьи и распределили по разным детским домам. Гуля попала в детдом имени Терешковой. «Я переживала за братьев, за маму, — вспоминает моя собеседница. — И когда услышала, что к нам едет какой-то важный гость, написала письмо, рассказала, что папа умер, что я хочу увидеть своих братьев и жить у себя дома». Важным гостем оказалась сама легендарная Валентина Терешкова. «Нас всех накрахмалили, выставили на линейке. Она проходит со свитой. А я через всю линейку как побежала и сунула ей в руки это письмо. А после линейки так сильно получила по голове, что на всю жизнь запомнила лицо воспитательницы, которая меня ударила».

Через полтора года в детдом приехала комиссия. Гулю начали водить по разным кабинетам. Семье вернули квартиру и назначили пенсию и за папу, и за маму. Оказалось, что чиновники раскидали детей по разным детским домам специально, чтобы получить в распоряжение элитную квартиру. Мама умерла, пенсией Гуля распоряжалась сама, раскладывая деньги по кучкам. На тот момент девочке было 11 лет. «Братьев своих я очень чистенько одевала, боялась, что, если они грязненькие будут, нас опять могут разлучить», — вспоминает она. В кухне на столе у нее всегда стояла тарелка с конфетами — на случай, если нагрянет комиссия. Братьям есть конфеты строго запрещалось, но мальчишки все равно их потихоньку таскали. И чтобы снова наполнить тарелку, Гуля собирала бутылки.

Окончив школу, поехала в Москву и поступила в Щепкинское театральное училище. Успешно окончила первый курс, но из дома сообщили, что братья «задурили», забросили учебу. Пришлось вернуться на родину, чтобы вразумить мальчишек. Дома Гульнара поступила в педвуз, с отличием его окончила и сама стала преподавать в университете. По киргизской традиции девушку похитили и выдали замуж, заступиться за нее было некому.

В перестройку Гульнара решила заняться бизнесом, начала закатывать в банки фрукты и ягоды и отправлять в Якутию. К 1994 году ей удалось сколотить неплохое состояние. Как-то раз на входе в ресторан предпринимательница увидела стайку детей лет восьми-девяти. «Они подбежали ко мне, говорят: «Тетенька, дайте нам денег”. Я дала». После ужина Гульнара снова увидела эту малышню на улице, они сидели и нюхали клей. На следующий день предпринимательница побежала в правительство — она хорошо знала президента Акаева и его жену. «Они все были как глухие. Говорю: “Вы представляете, что происходит в стране! Давайте что-нибудь насчет детей решать!” А они на меня смотрят как на дурочку».

Тогда Гульнара и решила создать собственный детдом, а «не просто казенное учреждение, где хлеб детям бросают на стол, как собакам». Детей ей привозила местная администрация или сама их находила на улице. Одного нашла, в прямом смысле слова, на помойке — трехлетний ребенок как раз ел мертвого голубя. Мальчик не умел ни говорить, ни ходить и передвигался на четвереньках. Родные дети Галины росли вместе с подобранными и стали им старшими братьями. Однажды к ним приехал архимандрит Наум из Троице-Сергиевой лавры. «Вы хоть и не крещены, но живете как православная», — сказал батюшка. Вскоре Гульнара крестилась с именем Галина. В том же году местный предприниматель подарил детскому дому свой бизнес: пять построек и две скважины с горячей минеральной водой в курортной зоне. Когда благотворителей нет, этот бизнес помогает прокормить детей и расплатиться за коммунальные услуги. Сам бывший предприниматель стал священником, сейчас отец Афанасий окормляет детский дом, а его дочь инокиня Михаила занимается здесь с детьми.

За время существования «Мээрим Булагы» из него выпустились 80 детей, в основном киргизы и русские. Дети называют директора мамой, а она считает каждого своим ребенком. 26 выпускников получили высшее образование, шестеро учатся в вузах России, четверо — в духовных семинариях. Всех выпускников можно назвать благополучными, среди них нет ни наркоманов, ни уголовников — результат для российских детдомов почти недостижимый.

altВоскресенский кафедральный собор, г. Бишкек

Православие появилось в Киргизии после вхождения страны в состав Российской империи в XIX веке. Исповедуют Православие в первую очередь русские. Наши соотечественники в Киргизии — это потомки переселенцев, раскулаченных крестьян, ссыльных священников и ученых. Тех, кого гнали, а не тех, кто гнал. Пассионарность поселенцев ХIХ века сохраняется у среднеазиатских русских до сих пор, поэтому они не склонны уходить в запой или зависеть от помощи государства. Несмотря на самодостаточность, здешние русские ощущают себя частью большой России и смотрят на нее с осторожной надеждой на то, что страна будет более решительно отстаивать свои интересы в регионе.

На бытовом уровне в Киргизии произошло взаимопроникновение менталитетов, и для русских семей нормально готовить фуньчозу с курдючим жиром, а окрошку заправлять максымом (напиток наподобие кваса, только вместо хлеба — взвесь из кукурузы, пшеницы, проса и ячменя). Детей русские рожают меньше, чем киргизы, но все-таки больше, чем принято в России, по три-четыре ребенка. Правда, дети стараются перебраться в более богатую Россию.

Население страны (согласно последней переписи 1999 года) около 5,5 млн человек. Из них 64,9% — киргизы, 13,6% — узбеки, 12,5% — русские. (Вторая, последняя перепись в независимом Кыргызстане проводилась в 2009 году. На самом деле население Киргизии по переписи 1999 года составляло 4 822 938 человек, что на 565 тыс. (на 13,3 %) больше чем по переписи 1989 года. По данным переписи 2009 года численность населения страны составила 5 362 793 жителей (что более чем на 540 тыс. (на 11,2 %) больше, чем в 1999 году - портал "russkg.ru"). Ислам исповедуют около 75% населения. Православное христианство — 20% (данные CIA fact book 2012). В городах живет 35% граждан. Кроме того, в Киргизии развит трайбализм, и если член какого-либо рода занимает важный пост, то он старается «подтянуть» и родственников. У кланов сложные отношения, и русские в них не вмешиваются, поэтому почти все ключевые посты заняты киргизами. Тем не менее можно сказать, что из всех стран Средней Азии лучше всего к России и русским относится именно в Киргизии. Русских много в среде IT-специалистов, на автосервисах, большим спросом пользуются русские врачи, также много русских занято в торговле и швейном бизнесе. Уровень дохода у русских средний или ниже среднего.

Летом 2011 года часть Ташкентской епархии была выделена и преобразована в Бишкекскую и Киргизскую епархию, совпадающую по своим границам с территорией Киргизии. На данный момент в епархии 35 священников и 37 храмов. На кафедру назначили епископа Феодосия, ранее несшего послушание игумена мужского монастыря на Ганиной Яме — месте уничтожения останков царской семьи. Одной из первых заложенных традиций в новообразованной епархии стали обязательные 12 огласительных бесед и экзамен перед крещением. А на первую Пасху в новой епархии епископ Феодосий устроил для сдавших экзамен торжественное общее крещение.

Кирилл Миловидов

Источник: журнал «Нескучный сад»

 

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.
Если Вы уже зарегистрированы, выполните вход на сайт.

test