От Отчизны вдали, в Кыргызстане,
Нам судьба - за Россию гореть!
Где бы ни были мы - Россияне,
С тем родиться нам, с тем умереть.
Сохранить русский дух - дело чести!
И Великий язык отстоять!
Пусть все видят: мы русские вместе -
Несломимая сила и рать!
Пусть истории гимн величавый
Землям всем будет слышан в тиши! -
Это громкая русская слава,
И сияние русской души!!!

Светлана Шарова

Проблемы Москвы – коррупция и «жлобство»
Категория: Взгляд со стороны Дата и время публикации: 27.02.2011 22:17

alt

Источник: РОСБАЛТ


Одни воспринимают примиряющий девиз «Москва многонациональная» как беспокойное пророчество, другие – как свершившуюся угрозу. С дворниками по утрам нынче здороваются только недальновидные и непатриоты. В маршрутках ездят, стиснув зубы от безысходности.

Соседей с характерными морфологическими признаками обходят стороной. Как показало исследование департамента межрегионального сотрудничества, нацполитики и связей с религиозными организациями, даже в тех округах столицы, где доля русскоязычного населения составляет 87-90%, русскоязычные же респонденты мнят себя притесняемым меньшинством, которое изо дня в день вынуждено бороться за сохранение своей стремительно тающей самости. Чем обоснованы опасения москвичей (коренных и тех, кто к ним себя причисляет) и почему именно сейчас в испокон веков многонациональном городе трещит по швам межэтнический мир?

Начальник управления по реализации национальной политики профильного столичного департамента Владилен Боков, говоря о нацвопросе, подчеркивает: «речь не идет о столкновении культур – исламской и христианской». Противостояние «москвич-приезжий» он объясняет двумя причинами: «визуальным нарушением этнических пропорций» — во-первых, и, во-вторых, незнанием гостей того, «что в мегаполисе допустимо, а что нет».

«Кто-то считает, что сидеть на корточках, проявлять эмоции ярко и громко, отпускать комплименты девушкам, нормально — особенно там, где отсутствуют нормы социального контроля со стороны общины: незнакомый город, надзора нет, — заметил Владилен Боков в ходе «круглого стола» в московском пресс-центре «Росбалта». — Конфликты, которые СМИ трактуют как межэтнические, возникают на почве нарушения неписаных правил, за несоблюдение которых ни уголовный, ни административный кодексы не предусматривают ответственности. Причем возникают они, в основном, в молодежной среде».

«Та же Манежка изначально не носила характер сугубо межнационального конфликта, — продолжает спикер. — Нет национальности «кавказцы» — это региональное сообщество (в конце концов, мы ведь не говорим «среднерусскополосные» или «черноземные»). Так вот местные захотели показать, кто в доме хозяин. Здесь скорее применимо понятие «соревнование маскулинности», на котором успешно стали спекулировать люди, не нашедшие себе применения в других ипостасях. Технология очевидная: суммируются обиды – реальные и мнимые, приправляются лозунгами, цепляющими за живое, вроде «С колен поднимайся!», лозунги озвучиваются медийными персонажами, предлагается программа действий для потерпевших героев, а потом все это вбрасывается в Интернет. У массы людей появляется моральное оправдание насилия».

«Национализм, — напоминает Боков, — это превалирование прав группы над правами человека», но в то же время «это – любовь к своей культуре и традициям». Энергия же столичных «повстанцев» направлена не на сохранение своего, а на противостояние чужому. «А значит, — резюмирует Боков, — мы имеем дело с ксенофобией, со страхом перед иным. Москвичи боятся утраты своих культурных границ и этнического статуса».

Примечательно, что процентное соотношение москвичей и иноземцев на протяжении последних веков менялось незначительно. Согласно официальной статистике, доля занятых на рынке труда иностранцев сегодня составляет порядка 4% от экономически активного населения столицы. В начале XX века, по данным заведующего кафедрой региональной истории и краеведения историко-архивного института РГГУ, председателя Московского краеведческого общества Владимира Козлова, в столице уживались 54 языковые группы (понятием «национальность» во избежание конфликтов в те временами старались не оперировать). Согласно переписи 1897 года, 94,9% населения города составляли русские, малороссы и белорусы. Но в миллионной Москве находилось место и для шести тысяч представителей тюрко-татарских народов, и для иудеев, доля которых за десять лет с момента проведения первой всероссийской переписи, возросла с 0,1% до 1%. «В Москве, кроме того, обосновались порядка 18-20 тыс. немцев, около двух тыс. французов, несколько сот англичан», — уточняет историк. — Другие народы тогда исчислялись десятками. Было, например, около 40 китайцев».

Вообще же с гостями Первопрестольная научилась ладить задолго до появления переписчиков. «Чем шире она разрасталась, тем разнообразнее был ее национальный состав, — рассказывает эксперт. – В 16-17 веках по мере того, как крепли связи России с Европой и Азией, в Москву приезжали строители, часовые мастера, лекари. Но, стоит, конечно, отметить, что даже в период петровских реформ иностранцев было немного. Хотя, с другой стороны, у нас была немецкая и панская слобода. Уже в 14 веке в Москве появилась слобода армянская, а в 17-м в районе Тишинской площади и Грузинского вала сформировалась грузинская. Обширные территории Замоскворечья занимала татарская слобода. В центре, на Варварке, поселились греки».

Жители имперской периферии, если не звенел набат, предпочитали сидеть дома: при наличии работы и возможности существовать рядом с могилами предков мало кто видел необходимость мыкаться по столице. А вот иностранцы ездили часто — по торговым и представительным делам. И если у кого-то и возникали трения с местным населением, то, по мнению Козлова, они носили скорее экономический, нежели националистический характер. Скажем, когда русским купцам надоедала прыть немецких торговцев, они жаловались императору, и тот вводил квоту.

«Даже известное выселение евреев из Москвы и Московской губернии в 1890-х годах я склонен объяснять экономическими причинами, — отмечает историк. – Не секрет, что каждой нации присущи отличительные психофизиологические черты. Так, немцев всегда отличала мастеровитость, армяне и итальянцы замечательно строили, евреи торговали, татары хорошо обслуживали, французы заведовали книжными магазинами и парфюмерией».

А главным связующим звеном в этой мозаике, по убеждению Козлова, служила религия. Православная в основе своей Москва не препятствовала отправлению иных культов. К 1915 году в столице и ее округе насчитывалось три католических, три протестантских храма, три синагоги, три молитвенных дома, две мечети. Православных церквей было, конечно, не в пример больше – около 500, но, как уточняет Козлов, строить новые молельни никому не запрещалось.

На базе каждого из религиозных течений открывались благотворительные общества, школы, библиотеки, фонды помощи бедным. «Мечети, синагоги, костелы выполняли важную роль — сдерживания, — объясняет историк. – Советы старейшин следили за поведением единоверцев – татар ли, евреев, — с тем, чтобы те не подавали поводов к общественному неодобрению. Я не хочу сказать, что этноконфессиональный мир был абсолютным, но все-таки острых столкновений не было вплоть до современности. Раньше все, кто приезжал в чужую страну, старались соблюдать правила, в ней заведенные».

И все бы ничего, да правил в современной Москве как таковых не осталось. «Если вы приезжаете, например, в Таллин, вас сама среда, обстановка заставляет оглядываться: а как здесь? Там есть определенность. В Москве этого нет. Здесь — никак. Едва ли те, кто борется за московские традиции, ответят, что это за традиции», — рассуждает замглавы департамента межрегионального сотрудничества, нацполитики и связей с религиозными организациями Владилен Боков.

С ним солидарен ответственный секретарь общественно-консультативного совета при столичном УФМС, директор программ фонда «Добрососедство» Юрий Московский: «Наше общество атомизировано. Странно требовать от простого Петра или Ахмеда, которые живут в Москве, глубоких знаний о чужой национальной культуре. Среднестатистический неполитизированный горожанин у нас в лучшем случае знает своих соседей по лестничной клетке и сослуживцев».

И Ахмед, и Петр основную информацию об окружающей их действительности черпают из СМИ, которые не всегда объективны в формировании повестки дня. Как результат – массовая фобия якобы враждебных «языков» в пределах отдельно взятого русскоговорящего округа.

Ахмед — собирательный представитель культуры традиционной, приученный безоговорочно следовать указке старших, — оказавшись в постиндустриальном мегаполисе, жители которого ведут себя более фривольно, нежели он привык видеть, полагает, что здесь, вдали от отцов и дедов, ему позволено то же и даже больше. Петр, наблюдая за ним со стороны, негодует. Он, безусловно, утрирует, пророча Москве исламское будущее, но недовольство его не безосновательно — это эксперты по нацвопросу признают. А за ответом, если говорить о внутренней миграции, предлагают обратиться к принятой в столице концепции по реализации государственной политики в сфере межэтнических отношений.

«Основной ее принцип, — поясняет Боков, — интеграция людей в единое городское сообщество. С лозунгом «Москва должна быть многонациональной» мы ничего не добьемся. Тут нужна четкая позиция и как можно меньше разговоров о «мульти-культи». Москва – образовательный, культурный и исторический центр русской государственности, и эта совокупность характеристик должна сохраняться. Пора уходить от психологии «группизма» и общинности».

«Надо понимать, — продолжает он, — что в Москве не существует понятия «диаспора» в чистом виде. Люди, фамилии которых оканчиваются, скажем, на –ян, не поддерживают контакты только со своей общиной, не живут только своей этнической жизнью, не едят этническую пищу и не смотрят на мир этническим взглядом. Как много общего у армянина, родившегося в столице и у его соотечественника, который в Москву только-только приехал? Наше исследование показывает, что у людей одной социальной группы, но разных национальностей – допустим, у художников — гораздо больше общего, чем у представителей одной национальности, но разных социальных групп».

И раз уж межэтнические конфликты сегодня провоцирует разница в воспитании, значит нужно подтягивать представления о нормах поведения   вновь заселенных постояльцев городского общежития до приемлемого местными уровня. И местным, к слову, не грех об оных напоминать. Для того и разработан был «Кодекс москвича» — рекомендательный свод тех самых неписаных правил, нарушение которых вызывает протест у коренного населения.

Ясно, однако, что ограничивать миротворческие усилия рамками одного мегаполиса по меньшей мере бесперспективно. «Многое, — уверен Боков, — зависит от смены дихотомии «туземная периферия и центр», в котором живут специальные люди, требующие к себе специального отношения».

По мнению журналистки «Русского репортера» Марины Ахмедовой,  равными должны стать в первую очередь бытовые условия: «почему к нам едут из других республик? Почему в таком количестве не ехали раньше? Потому что сегодня существовать в республиках невозможно. Очень уж быстро разворовываются инвестиционные фонды, которые даются им на строительство, на создание новых рабочих мест. В Дагестане, например, родители платят за то, чтобы ребенка забрали в армию. Потому что только после армии он сможет работать в милиции, а это единственная возможность хоть где-то работать. И он идет в органы, прекрасно понимая, что продолжается охота боевиков на милиционеров. Родители, тоже прекрасно все понимающие, стараются отправить своих детей в большие города – подальше от сцены военных действий».

Что касается миграции внешней, то тут врага эксперты определили единогласно и без промедлений. «У нас две проблемы — коррупция и жлобство работодателей. Других нет», — отрезал Владилен Боков.

«Когда пирог маленький или делится не так, появляется проблема, как его делить и как наказать того, кто унес лишнюю крошку, — согласился Юрий Московский. — Как сделать пирог нужного размера – вопрос модернизации, государственной системы и налоговых органов. У нас нормальное законодательство, в том числе и миграционное, его просто нужно соблюдать».

Дарья Миронова

 

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.
Если Вы уже зарегистрированы, выполните вход на сайт.

test